Если стремиться к получению больших корней, а именно этого и добивается чаще всего женьшеневод, то важно научиться отбирать перспективные растения. Отбор нужно начинать с планирования сбора семян. В качестве маточных растении следует использовать особи 6—8-летнего возраста, которые в течение нескольких лет опережают основную массу одновозрастных собратьев по многим показателям: количеству листьев и стеблей, цветков и семян, темпу усложнения побега.

Домашний женьшень
Домашний женьшень
Следующий этап — семена. Семена сортируют по размерам. Обычно наилучшие всходы получаются из самых крупных семян, содержащих большое количество запасных веществ. Очередной объект сортировки — корни однолетних растений. В качестве рассады нужно использовать самые тяжелые и утолщенные в верхней части, а не удлиненные корни, подробнее можно почитать на http://www.phart.ru/plants/209/. По наблюдениям корейских специалистов, показателем перспективности и хорошего в будущем развития особей первого года жизни является их пестролистность, когда листочки имеют более светлую окраску между жилками и на периферии. Существуют растения, по-видимому предрасположенные к многостебельности, которые также желательно отбирать для получения семян.

С другой стороны, имеются особи инертные, медленно растущие, отстающие от своих собратьев по всем показателям. Их обгоняют в росте более «способные» растения меньшего возраста. Такие корни необходимо выбраковывать и заменять более перспективными. Усилия, затраченные на их выращивание, часто оказываются несоизмеримыми с получаемой отдачей. Индивидуальные низкие темпы развития, как показывают опыты с мечеными атомами, объясняются сниженной интенсивностью фотосинтеза. Это свойство, вероятно, имеет конституциональную генетическую природу.

Описанные здесь приемы направлены на получение высокоурожайных растении с интенсивным ростом корневой системы. Выражаясь научно, параметром отбора является масса корня. К сожалению, нет данных, свидетельствующих о том, что такие быстрорастущие корни и фармакологически более ценны, то есть содержат на единицу массы больше целебных веществ. Напротив, вытяжки из подземных органов культивируемого женьшеня оказываются фармакологически менее активными, чем дикорастущего. Поэтому возникает сомнение, получаем ли мы истинную выгоду, выращивая и отбирая растения с высокими темпами роста корневой системы, не является ли это следствием накопления бесполезных для нас веществ, например, крахмала? До какого предела интенсивное нарастание массы сопровождается параллельным увеличением содержания в корне тонизирующих субстанций?

При определении ценности женьшеня недостаток возраста нельзя компенсировать большим весом корня. Другими словами, при одинаковом весе старый корень, набравший ту же массу за длительный срок, содержит больше целебных веществ, чем интенсивно растущий молодой. Поэтому для получения особо ценного лекарства целесообразно оставлять растения на грядах как можно дольше, как это практикуется па плантациях в КНР.

А вот и пример описанного противоречия. Удаление цветочных бутонов в течение трех лет приводит к быстрому приросту массы корня. Однако биологическая активность получаемых препаратов в последний год такого эксперимента в 3 раза ниже, при однократном прищипывании стрелки — в 1,7 раза. Возможно, именно цветение и созревание плодов сопровождается накоплением в корне интересующих нас веществ.

Иногда женьшеневоды-любители, озабоченные проблемой сохранения свойств растения, высказывают опасение, что любые вмешательства в его жизнь —отбор, создание искусственной среды для роста — могут необратимо изменить его природу и привести к утрате некоторых важных качеств. Видимо, эти опасения напрасны. Часто даже рентгеновским облученном семян и химическими ядами не удастся преодолеть консервативность наследственности, нарушить стабильность генетического материала. Тысячелетнее культивирование женьшеня в Корее, сопровождающееся и интенсификацией развития, и отбором, не привело ни к исчезновению у него важных свойств, ни к появлению качественных отличий от нашего дикорастущего корня.